БИБЛИОТЕКА СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА
Главная Новости Электронный каталог Репозиторий eSevSUIR Виртуальная справка Виртуальные выставки СевГУ
 

«Смех - сущность человека»- 480 лет роману «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле



   О жизни Рабле у нас имеются весьма скудные сведения, и особенно это относится к первым двадцати пяти годам его жизни. Родился он в 1494 г . на ферме Девиньер, близ города Шинона, расположенного в цветущей и солнечной французской провинции Турени. Отец его, Антуан Рабле, был адвокатом и имел прекрасный дом в Шиноне и земли с виноградниками за городом. Детство Рабле провёл в родной семье, в деревенской округе, впечатления от которой глубоко запали ему в душу. Именно эти запечатленные на всю жизнь родные места, весь этот патриархальный деревенский мирок со всеми подробностями его быта и нравов Рабле любовно воспроизвёл позднее в первой книге своего романа.
   В 1510 г . мы застаём Рабле уже послушником в одном монастыре, а ещё через десять лет он предстаёт перед нами в качестве монаха францисканского монастыря. Таким образом, со школьной скамьи жизнь Рабле протекала в монастырских стенах. Здесь для острого и жадного ума юноши Рабле открылось новое и, по сравнению с деревенским миром, широкое поле для наблюдений. Всё порочное, тупое и смешное в монастырской жизни притягивало к себе пристальное внимание будущего сатирика. Здесь он имел возможность на собственном опыте ознакомиться, с одной стороны, с тем, что представляло собой средневековое схоластическое обучение, и, с другой стороны, изучить во всей её неприглядности монастырскую жизнь. Этот постылый монастырский быт и методы средневекового обучения Рабле впоследствии осмеял в своём гениальном романе.
   Никто не знает, что заставило его снять монашескую рясу и сесть на студенческую скамью медицинского факультета в Монпелье. Неизвестно также, что заставило доктора медицины, о котором современники писали, что "он често и слава науки" и "способен отвращать мертвецов от порога могилы и возвращать им свет", оставить практическую деятельность в крупнейшей больнице Лиона и взяться за перо. Французский историк Мишле писал: "450 лет назад, едва в лионских книжных лавках появилась его первая книга, человечеству стало ясно, что родился писатель более великий, чем Аристофан".
   Рабле подверг безжалостному осмеянию монахов за жадность и ханжество, гнусность и паразитизм. "Запахло костром"- шутил Рабле. Ему приходилось скрываться от когтей инквизиции, но инквизиторам удавалось сжигать только осужденные книги, а автор оставался на свободе. За ликом веселого кюре, зубоскала, циника и любителя приврать встает образ одного из титанов Возрождения, выдающегося ученого, врача, филолога, естествоиспытателя, и, наконец, величайшего писателя. И по сей день остается в силе его наставление о том, что "врач с физиономией мрачной, угрюмой,..., неприветливой, сердитой огорчает больного; врач же с лицом веселым, безмятежной, приветливым, открытым радует его". В противовес кладбищенскому девизу схоластов "Помни о смерти", он выдвинул оптимистический лозунг "Помни о жизни".
   О Франсуа Рабле ходило много забавных слухов. Правда, было известно также, что он неплохо врачевал. Жил Рабле более четырехсот лет назад. Как-то в очередной раз он оказался совсем без денег, а ему нужно было добраться до Парижа. Тогда, остановившись на каком-то постоялом дворе, Франсуа прикинулся безграмотным и спросил у хозяина, знает ли он здесь людей, умеющих писать. Хозяин прислал своего человека, и Рабле обратился к нему с просьбой написать на клочках бумаги: «Яд для умерщвления короля», «Яд для умерщвления королевы», «Яд для умерщвления герцога Орлеанского». Наклеив эти бумажки на конверты, он отослал грамотея со словами: «Теперь вы мне не нужны». Легко догадаться, что грамотей рассказал обо всем хозяину постоялого двора. Тот поспешил сообщить важные сведения судейскому чиновнику, и уже через несколько минут «опасный преступник» был отправлен в Париж под охраной. Когда в столице развернули эти конверты и увидели обыкновенную золу, весь королевский двор поднял на смех судейских чиновников, которые помогли Рабле бесплатно доехать до Парижа.
   Таким изображала Франсуа молва. На самом-то деле Рабле был серьезным человеком, изучал богословские дисциплины и медицину в университетах и по праву считался одним из лучших врачей своего времени. Но почему молва сделала его бездельником и шутом? Наверное, в этом повинны образы Гаргантюа и Пантагрюэля — веселых и лукавых обжор, которых он создал.
   В 1533 г. 39-летний лионский врач, бакалавр медицины Франсуа Рабле опубликовал книгу о добродушном великане Пантагрюэле, которая содержала описание его «ужасающих и устрашающих деяний и подвигов». Сбросим со счетов времени четыреста тридцать пять лет и окажемся в Лионе. Жизнь здесь бьет ключом. Четыре раза год устраиваются ярмарки. Со всех концов Европы прибывают купцы. Ткани, меха, ковры, различные виды оружия и лионский шелк - все можно здесь приобрести за деньги. В дни ярмарок в ходу монеты всех стран. На улицах голландская, немецкая, итальянская, испанская, английская речь. Сюда охотно съезжаются ученые люди всей Европы. Их привлекают типографии. Издательское дело в Лионе поставлено на широкую ногу. В Европе известны имена трех крупнейших лионских издателей - Себастьяна Грифа, Франсуа Жюста, Клода Нури. Эти три дельца печатают, конечно, и ученые сочинения, но прежде всего то, что в дни ярмарок пользуется широким спросом, - гороскопы (к ним средневековье питало особое пристрастив), различные толкователи снов, альманахи назидательных историй, поучений. Шумно и бойко идет торговля книгами. Уличные торговцы, громко зазывая покупателей, предлагают маленькую книжицу под неотразимым названием: "Великие и бесподобные хроники огромного великана Гаргантюа, содержащие рассказы о его родословной, величине и силе его тела, также диковинных подвигах, кои совершены за короля Артура, его господина". той книжицы. Открываем первую страницу. На нас нисходит далекая старина, наивная и легковерная, ищущая сильных ощущений в сказке.
   В 1533 году в Лионе Рабле начал его печатать. Теперь он уже до самой смерти будет прикован к нему. Это книга всей его жизни, как "Божественная комедия" для Данте, как "Фауст" для Гете. В следующем году Рабле выпускает сочинение об отце Пантагрюэля — Гаргантюа. Таким образом, хронологически первой частью романа является «Пантагрюэль». Однако уже в 1542 г., когда Рабле опубликовал обе книги вместе, они стояли в другом порядке: сначала «Гаргантюа», потом «Пантагрюэль»; с тех пор такая последовательность считается традиционной. Третья книга опубликована в 1546 г. В следующем году в Гренобле, а ещё через год — в Лионе, был издан фрагмент четвертой книги из пролога и 11 глав (в окончательном варианте они составили 25 глав, а пролог Рабле переписал заново). Целиком четвёртая книга увидела свет в 1552 году. В 1562 г., девять лет спустя после смерти Рабле, появился отрывок из пятой книги романа под названием «Остров Звонкий», состоявший из 16 глав. В 1564 г. книга была опубликована полностью. Большинство исследователей творчества великого писателя сходятся на том, что перу Рабле принадлежит лишь часть пятой книги.
  Нет смысла пересказывать сюжет книги, лучше прочесть ее не торопясь и насладится искрометным юмором , многочисленными каламбурами, игрой слов.

Еще видео:

La tres excellente et divertissante histoire de francois Rabelais
Francois Rabelais